РОЖДЕНИЕ ИМПЕРИИ
2026, Россия, 140 мин.
Жанр: история, биография, драма
Режиссёр: Андрей Кравчук
В ролях: Александр Горбатов, Милош Бикович, Алексей Гуськов, Виктор Добронравов, Юлия Пересильд, Ксения Утехина, Мате Кабе, Александр Яценко, Александр Яцко

Шведы помнят Полтаву даже лучше, чем мы. Оно и очевидно – если для России исход Северной войны ознаменовал выход в число великих европейских держав, то для Швеции наоборот, стал закатом военной мощи и политического влияния. Не многие знают, но до Петра Первого Россия по статистике проигрывала в войнах даже чаще, чем выигрывала, но прирастала землёй, буквально выгрызая своё право на государственность, а славная эпоха началась уже после правления Петра (и вот там статистика говорит, что количество побед стало на зависть любой другой империи). Т.е. если русские после Полтавы лишь запустили конвейер национальной гордости, то шведы, наоборот, пережили деклассирование и уже никогда больше не входили в европейскую элиту. Обида за то принципиальное поражение сохранилась в шведском массовом сознании даже через три сотни лет, о чём свидетельствует, например, репортаж с чемпионата мира по хоккею 2012 года, где Россия и Швеция встретились на стокгольском стадионе, а местное телевидение сопровождало матч кадрами не только минувших ледовых поединков, но буквально открывалось иллюстрациями Полтавской битвы и красноречивой датой «1709». Символизм встречи раскрылся, когда к середине той грубой и богатой на потасовки игры Швеция вела со счётом 3:1, но затем Россия нокаутировала соперника, забросив шесть безответных шайб, закалилась, а позже уверенно взяла и чемпионский титул. Но вернёмся на 300 лет назад…

Пётр Алексеевич Романов вошёл в историю не только как Пётр Первый, но и получил редкое прозвище – Великий. Совершенно заслуженно получил, между прочим. Разумеется, снять полнометражный фильм первому российскому императору под стать или уместить в два с хвостиком часа хотя бы все события длительной Северной войны (1700-1721) просто невозможно, а потому «Рождение империи» делает акцент лишь на нескольких знаковых эпизодах той эпохи. При желании не только про Северную войну, но даже про одно-единственное Гангутское сражение можно было снять эпический сериал, но рамки кинотеатрального релиза диктуют свои правила, оставляя за бортом множество интересных событий. Тот же Гангут, например, вовсе не упоминается.
Путь Петра под первыми европейскими санкциями (металл в Россию не продавали, т.к. справедливо считали, что в первую очередь он пойдёт на изготовление оружия) в фильме проходит от обидного поражения под Нарвой до победы под Полтавой и показывает твёрдое намерение правителя не сдаваться при первых провалах, непременно дойдя до триумфа: стать сильнее, умнее, умелее! И даже где-то спешный, где-то схематичный этот путь оказывается столь обширным, что некоторые зрители могут посчитать фильм сумбурным или даже наспех смонтированным. Возможно, по старой традиции чуть позже «Рождение империи» обзаведётся дополнительными сценами и будет показано по телевидению в расширенном виде уже как мини-сериал, но оставим догадки и будем оценивать то, что показали стране в кинотеатрах. Тем более, что оценивать действительно есть что.

Фильм получился по-хорошему задорным, патриотическим, в меру пафосным (извините, такой уж процесс перековка Московского царства в Российскую империю – без пафоса тут просто никуда) и, конечно, зрелищным. Лента сосредоточена на фигуре Петра, который не стал довольствоваться тем, что имеет, и твёрдо решил выбить у Швеции, тогдашней ведущей военной державы Европы, выход к морю. Будущий император показан властным, хитрым, не боящимся выступать против чужого мнения, но не чурающимся черновой работы, а также всегда готовым учиться чему-то новому. И если изнеженные европейские властители презентуются на экране в окружении любовниц и слуг, то Пётр даже в Москве чувствует себя будто в осаждённой крепости, а впервые предстаёт на экране роющим редуты под Полтавой. Затем следует флэшбек и вот уже «русский варвар» внимательно изучает телескоп. Такой противоречивой фигурой он и был в реальности – «подарил флот» и рубил бороды, имел стратегическое видение и кидался в бой в первых рядах, строил империю и считался буквально Антихристом за трудные отношения с церковью (и знаменитая переплавка колоколов на пушки – ерунда по сравнению с реформами, которые упразднили саму должность патриарха).
Иными словами, Пётр ломал русскую реальность под себя, не считаясь с ропотом бояр и гневом церковников, но делал это не бездумно: сначала изучал материал, точно узнавая какую силу и в каком месте нужно приложить для слома. Бил «аккуратно, но сильно» и был выдающимся визионером будущего. Столь противоречивая фигура привлекает к себе внимание в каждой сцене, но режиссёр Андрей Кравчук не устоял от соблазна где-то «добавить человечности», в результате чего Пётр получил максимально ванильную любовную линию и часто оказывался в уязвимом состоянии из-за приступов головных болей. Возможно, Кравчук рассудил, что не покажи он эти слабости царя, зрители вовсе приняли бы его за какого-то робота.

Но даже больше царицы Екатерины за душевность фильма отвечает фаворит Петра – Александр Меншиков, сыгранный Милошем Биковичем. Что любопытно, Бикович за один календарный год успел сыграть и правую руку Петра в «Рождении империи», и самого императора в комедии «Холоп 3», но парадоксальным образом больше удачных шуток пришлось именно на военную драму. Верный сподвижник Великого показан таким же лёгким на подъём, отважным и деятельным, но далеко не безгрешным, порой вызывая у царя справедливое желание повесить мерзавца-казнокрада. Но Меншиков в «Рождении империи» раз за разом избегает ответственности, сначала сбивая гнев самодержца личным обаянием и чувством юмора, а затем искупая вину храбростью и верностью. В итоге образ Александра Даниловича получился столь ярким, что где-то перебивал даже самого Петра в куда более сдержанном исполнении Александра Горбатова. Впрочем, и у Горбатова были свои «минуты славы», когда необходимо было демонстрировать несгибаемый нрав царя, срывая голос и не сдерживая праведную ярость.
Отдельных тёплых слов заслуживают батальные сцены, ради которых, чего греха таить, многие зрители в принципе и идут на подобное кино. Постановка сражений выполнена по высшему разряду – с панорамными съёмками, большой массовкой, ружейной стрельбой, штыковыми атаками и залпами пушек. Фактически во всех подробностях показаны лишь два сражения – осада крепости Орешек и, естественно, Полтава. Но отсутствие других значимых битв не следует расценивать как идеологический приём, мол, режиссёр не стал концентрироваться на поражениях и выпятил лишь победы. Да, Нарва, где шведы разбили русскую армию в самом начале Северной войны, показана лишь несколькими планами, но ведь и триумфальная битва при Лесной, которую сам Пётр называл «матерью Полтавской победы», фактически оказалась за кадром, так что всему виной бюджетные и временные ограничения фильма. Но имеющихся сражений хватает, чтобы назвать «Рождение империи» прекрасным военным фильмом, а соответствующие сцены сняты на самом высоком качественном уровне.

«Рождению империи», этому со всех сторон хорошему фильму, не хватает лишь нескольких штрихов для того, чтобы оставить после себя более яркое послевкусие. Во-первых, при многократно проговариваемой важности флота, не показано ни одного морского сражения. И если битва при Гангуте слишком масштабна и сложна со стратегической точки зрения, то можно было бы показать хотя бы захват крепости Ниеншанц, который стал для шведов сюрпризом, благодаря чему чуть позже русским удалось в ходе ночного лодочного абордажа захватить ещё и пару шведских военных кораблей, бросивших якорь у «своей» крепости. Пётр и Меншиков, кстати, принимали личное участие в абордаже, так что эпизод получился бы в высшей степени кинематографичным. Тем более, что после победы была выпущена знаменитая медаль с надписью «Небываемое бывает», что хорошо зарифмовалось бы с той самой шведской монетой, на которой изображён бегущий с Нарвы Пётр. Тем более, что монету в фильме показали (а благодаря Меншикову это ещё и оказалась единственная в истории монета со звуком – но это надо видеть).

Также к минусам можно отнести не завершённую арку предателя Ивана Мазепы. Фактурный Александр Яцко удачно перевоплотился в гетмана Левобережной Украины –превосходного лицемера, но бездарного политика, который переметнул от Петра к Карлу XII, но в концовке фильма Мазепы не было вообще, а всё «наказание» выразилось лишь в его разочаровании ролью охранника обоза шведской армии – и то лишь перед битвой. Впрочем, по сюжету «Рождения империи» русские и шведов после Полтавы не преследовали, следуя каким-то несуществующим в реальности благородным порывам Петра о недопустимости бить лежачих (хотя именно так и добываются ВСЕ военные победы). Не хватило в финале и легендарного тоста Великого «за учителей», которым он признал шведские заслуги в военном деле, благодаря которым и русская армия смогла подняться на новый уровень. Концовка фильма вообще оставляет некоторое ощущение скомканности, но, к счастью, не портит впечатление от в целом удачного фильма. Так что не позвольте и последним двум критическим абзацам этой рецензии отбить у вас охоту посмотреть «Рождение империи». Фильм определённо того заслуживает, а автор этих строк особенно рад тому, что смог посмотреть это имперское кино именно 7 ноября.

Игорь Талалаев
В кинотеатрах империи с 29 октября