Рейтинг@Mail.ru
25-й кадр / Рецензии / Ай Вейвей: Никогда не извиняйся (Ai Weiwei: Never Sorry), 2012
Автор: Павел ОрловДата: 05.12.2012 14:12
Разместил: Павел Орлов
Комментарии: (0)

АЙ ВЕЙВЕЙ: НИКОГДА НЕ ИЗВИНЯЙСЯ (AI WEIWEI: NEVER SORRY)
Жанр: документальный
2012, США
Режиссер: Элисон Клеймен



Ай Вейвей – титан современного искусства. Его заслуги как художника столь значительны, что журнал «ArtReview» включает его в тройку самых влиятельных людей мира прекрасного. Однако Вейвей является гражданином КНР, что во многом обуславливает второй род его деятельности – он правозащитник и, соответственно, диссидент. Его активность на ниве борьбы за человеческие права позволила журналу «Time» назвать Вейвея одним из самых влиятельных людей мира в целом. Не трудно догадаться, как коммунистическая родина обходится с таким человеком. То слежку за ним установит, то стража порядка подошлёт дубинкой по голове погладить, то и вовсе в темницу заточит, обвинив в экономических махинациях. Откуда-то нам всё это до боли знакомо, не правда ли? Документальная лента «Ай Вейвей: Никогда не извиняйся», рассказывая о незаурядной личности, неожиданно демонстрирует отечественному зрителю, как близок нам такой далёкий, казалось бы, Китай.

Разумеется, картина о столь масштабной фигуре, как Вейвей, начинается с многозначительного пролога, похожего то ли на анекдот, то ли на тост, то ли на притчу. Есть, мол, сорок кошек. Тридцать девять из них всегда ждут человека, чтобы он открыл дверь. А одна-единственная взяла и научилась открывать двери самостоятельно (и, кстати, очень эффектно). Но если человек двери за собой ещё и закрывает, кошка этого не делает никогда, она же кошка. Вот, Вейвей, вроде как, и есть та самая умная кошка, которая ни от кого не зависит, постоянно преодолевает кем-то сверху придуманные границы и, тем самым, подаёт пример окружающим собратьям.

На протяжении трёх лет работы над фильмом, его режиссёр, журналистка Элисон Клеймен, кажется, скорее, писала размашистый портрет, нежели создавала хронику. В ленте не ставится цель изучить и проанализировать все вехи жизненного и творческого пути Вейвея, тем более что вместить его могучую персону в девяносто минут времени не представляется возможным. Клеймен обозначает лишь отдельные, наиболее важные по её мнению эпизоды биографии художника и некоторые его произведения и акции. При этом акценты, кажется, ей удаётся расставить удивительно точно. Зритель успевает воспринять Вейвея и как самобытного художника, и как диссидента, и как оригинального мыслителя, и как активного пользователя Twitter’а. Ну а самое замечательное в том, что Вейвей ещё и предстаёт самым обыкновенным человеком, со своими страхами, сомнениями, причудами и со своей чёткой жизненной позицией.

Так, мы узнаём о том, что неумение находить общий язык с властями, заложено у Вейвея в крови - отец его, Ай Цин, был крупным китайским поэтом, страстным коммунистом, сидевшим и при Чан Кайши, и при Мао. Далее следует ещё один штрих к биографии – в 80-е герой картины эмигрировал, и больше десяти лет жил в Нью-Йорке. Именно этот период во многом сформировал Вейвея как художника. Среди огромного количества его творческих достижений, Клеймен выделяет всего несколько. Вот нашумевший проект «Семена подсолнечника», представляющий собой бесчисленное количество сделанных вручную фарфоровых семян, ровным слоем рассыпанных в одном из залов лондонской галереи Тейт. Вот Вейвей издевается над стариной, одну вазу династии Хань разбивая об пол, другую расписывая логотипом Кока-Колы. Ну а вот художник тычет средним пальцем в сторону известнейших мировых достопримечательностей. Такой он, провокатор, дебошир, нарушить устоев, призывающий людей проснуться, оглянуться вокруг и понять, что его выходки – ничто, по сравнению с безумной окружающей действительностью.

Особое внимание Клеймен уделяет Вейвею-общественному активисту. Вот, к примеру, такой его проект - странная стена с пятью тысячами имён, имён школьников, ставших жертвами Сычуаньского землетрясения 2008 года. Вейвей, заручившись поддержкой волонтёров, провёл собственное расследование обстоятельств той трагедии, самостоятельно установил замалчивавшиеся государством имена погибших детей, и в итоге пришёл к выводу, что многих смертей можно было бы избежать, если бы не некачественное строительство. Тоже ведь провокация, только уже в глазах государства. Напротив, для китайского общества, да и всего мира Вейвей с тех пор стал символом борьбы за истину и за свои права.

В жизненном пути, в ходе мыслей и в деятельности Вейвея как-то само собой обнаруживаются знакомые обрывки судеб наших соотечественников: от Чаадаева до Мандельштама, от Бродского до тех же Pussy Riot, одним словом, многих из тех, кому изрядно досталось от государства в отместку за попытки выразить своё собственное мнение. Вспоминаются слова Кирилла Серебренникова, о том, что «самое неблаготворное – проклинать родину». Ай Вейваей родину не проклинает – он прямым текстом посылает её куда подальше, доказывая, что самое неблаготворное, это когда родина проклинает свой собственный народ.

Павел Орлов
Нравится
Дайджесты
Номера
Вы не вошли на сайт!
Имя:

Пароль:

Запомнить меня?


Присоединяйтесь:
Онлайн: 0 пользователь(ей), 16 гость(ей) :
Внимание! Мы не можем запретить копировать материалы без установки активной гиперссылки на www.25-k.com и указания авторства. Но это останется на вашей совести!

«25-й кадр» © 2009-2019. Почти все права защищены
Рейтинг@Mail.ru
Наверх

Работает на Seditio